Airenyérë Maitienáro Rusсafinnë (airenyere) wrote,
Airenyérë Maitienáro Rusсafinnë
airenyere

Пытался понять - что лучше: бегать при -11 и ветре, когда дышать надо осторожно, или при -3, но в снегопад, когда утопаешь по щиколотку в снегу. Пришел к выводу, что во всем есть своя прелесть. А еще последние два дня несколько раз были разговоры с разными собеседниками о прощении и о том, что можно простить и что нет (как будто мне работы мало, чтобы о ней думать). Какая связь? Просто я об этом думал, пока бегал. Вот тот случай, когда не спится и ты идешь в полночь бегать, а потом засыпаешь почти мгновенно на пути к подушке. Мне кажется, что близким можно простить все, что угодно. Но многие друзья не согласны, даже финские. Впрочем, вопрос и в том - кого считать близкими, и после чего считать близкими уже невозможно. Логику искать бесполезно, но когда на одном полюсе глюков война, ярость, отчаяние и дальше по списку, то возможность на другом быть голосом разума и прощения уравновешивает хрупкий мир в голове.

Кажется, это в итоге сильно кривой ответ племяннику. Как обычно с кучей посторонних мыслей по жизни. Зато хоть еж из головы высажен.

[Стих Роньи , на который ответ...]
Наша судьба выбирает - щит или меч.
Было же ей угодно меня уберечь
От необдуманных слов под нависшею тьмой:
Я на мгновенье немой, и обет - не мой.
Общий огонь на троих, а меж нами - стекло.
Только одной ли клятвой нас развело?
Камень и сталь отдавали мне верность сполна,
Власть над чужими сердцами мне не нужна.
Власть над чужой свободой - страшная власть.
Верил я: он не сможет так низко пасть.
Многим ли лучше я - тот, кто молчал в тени?
Пусть я не хуже, но лучше ли, чем они?
Ночью чужая боль о чужом короле
Шепчет, что больше нет его на земле.
Занавес падает, гаснет незримый свет.
Здесь ни надежды, ни верности больше нет.
Мутной зарёю подёрнутся небеса.
Я оставляю лишь то, что я выбрал сам.
Нэльо, найди в себе силы чашу испить -
Тех, кто не просит прощения, первым простить.


Ответ - под катом.

Я, пожалуй, не знаю, что я не смог бы своим простить -
У людей поговорка есть про дороги в чужих сапогах.
Так что главное - живы и чтоб продолжали жить,
И, наверно, не мне судить цвет неба в чужих глазах.

Потому что за краем, где ночь и туман, ты не вспомнишь обид,
Где закончится всё, остается лишь память о тех, кто был.
Эта память хранит от забвенья, весь мир хранит,
Даже где ничего уже больше, кроме судьбы.

Потому что пока они живы, горит звезда,
Расстилается путь и еще не допета песнь,
И пока в разговоре не брошено "никогда",
Ничего еще не суждено и надежда есть.

Как потом вспоминать, что ведь где-то иначе мог,
Или нет. Но теперь лишь Творец судья.
Среди всех бесконечных, бессчетных чужих дорог
Где-то там твоя продолжается, и моя.
Tags: Мой стихобред, РИ, Творения друзей, Толкинистика, Химринг в голове, Эльфы - мой мир
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 36 comments