Airenyérë Maitienáro Rusсafinnë (airenyere) wrote,
Airenyérë Maitienáro Rusсafinnë
airenyere

Цитатник

Это из "Благих знамений" Терри Пратчетта и Нейла Геймана. Не могу не, потому что каждой из этих цитат проникся. Цитаты натасканы из разных переводов - в зависимости от того, где и какая мне нравится, а так книжку лучше, конечно, в оригинале читать :)

Про воспитание (мелкого Антихриста)

Не надо мне про наследственность. Она-то тут при чем? – наседал на него Кроули. – Посмотри на Сатану. Создан ангелом, вырос Главным Врагом. Если уж говорить про генетику, можно с таким же успехом утверждать, что малыш вырастет ангелом. В конце концов, его отец в прежние времена занимал немалый пост в небесах. Так что говорить, что он вырастет демоном только потому, что его папаша демоном стал – все равно, что считать, что если отрезать мыши хвост, она будет рожать бесхвостых мышей. Нет. Воспитание – это все. Можешь мне поверить.

Про взаимоотношения ангелов и демонов

— Ты даже не представляешь, что со мной могут сделать там, Внизу, — сказал он.
— Думаю, примерно то же, что сделают со мной Наверху, — заметил Азирафаэль.
— А, брось ты. У вас же там непостижимое милосердие, — кисло буркнул Кроули.
— Да? А ты, случаем, в Гоморре никогда не бывал?

Азирафаэль. Он, разумеется, враг. Но враг на протяжении шести тысяч лет — это почти друг.

Про вечность

– Только представь, – безжалостно продолжал Кроули. – Ты знаешь, что такое вечность? Знаешь, что такое вечность? Нет, скажи, ты знаешь, что такое вечность? Вот смотри: стоит большая скала, представил? В милю высотой. Огромная скала, высотой в милю, на краю Вселенной. И вот каждые тысячу лет – птичка.
– Какая птичка? – с подозрением в голосе спросил Азирафаэль.
– Такая птичка. И каждую тысячу лет.
– Одна и та же птичка каждую тысячу лет?
– Ну… да, – неуверенно сказал Кроули.
– Нехилый возраст у птички…
– Ладно. И каждую тысячу лет эта птичка летит…
– Ковыляет. С трудом.
– …летит к этой скале, и точит себе клюв…
– Постой-ка. Не выйдет. Отсюда до края Вселенной просто куча… – ангел, шатаясь, помахал руками, чтобы показать, сколько именно, – куча чего только не! Вот…
– А она все равно туда добирается, – настаивал Кроули.
– Как?!
– Неважно!
– Наверно, на ракете, – сказал ангел.
Кроули решил несколько ослабить напор.
– Ладно, – сказал он. – Пусть так. Короче, эта птичка…
– Но мы же говорим о крае Вселенной, – рассуждал Азирафаэль. – Так что если это ракета, тогда такая, из которой на другом конце вылезают твои потомки. Так что ты им должен об этом сказать: И, взойдя на гору, сделайте вот что… – Он неуверенно взглянул на Кроули. – Что им там делать?
– Поточить клюв о камень, – подсказал Кроули. – Потом она летит обратно…
– …в ракете…
– А через тысячу лет она прилетает, и снова точит себе клюв, – скороговоркой выпалил Кроули.
Над столом повисла особая, нетрезвая тишина.
– Столько сил – только чтобы поточить клюв? – задумчиво произнес Азирафаэль.
– Дослушай, – упорствовал Кроули. – Смысл в том, что когда птичка сточит скалу до основания… Ты получишь понимание Вечности.

Про свободу

Все, что он мог потерять, он уже потерял. Худшего с ним произойти уже не могло. Он, наконец, ощутил себя свободным.

Про разное

...Оружие придает вес духовным аргументам. В праведных руках, разумеется.

Зло, как правило, не дремлет, и, соответственно, плохо понимает, почему вообще кто-то должен спать.

Про людей

Дела человеческие становятся яснее, если четко понимать, что причина великих триумфов и трагедий истории не в том, что люди по своей природе добры или злы, но в том, что по природе своей они - люди.

Кроули знал, что после конца света он останется в живых – он же бессмертный, у него нет выбора. Но он всегда надеялся, что конец света будет не скоро…
Потому что он любил людей. Очень крупный недостаток для демона.
Нет, конечно же, он делал все, чтобы сделать их короткие жизни несчастными, такая уж у него была работа, но ни одно его изобретение не было настолько же ужасным, насколько их собственные.

У них к этому просто талант. Природный дар, почему-то встроенный в исходный замысел. Придя в мир, полный неприятностей и опасностей, человек посвящает львиную долю энергии тому, чтобы сделать его еще хуже. Кроули уже давно обнаружил, что ему становится все труднее придумать хоть какое-то демоническое деяние, которое выделялось бы на фоне общепринятых гадостей. За прошедшую тысячу лет ему не раз хотелось отправить Вниз послание: " Послушайте, мы можем с тем же успехом бросить все прямо сейчас, попросту закрыть Дит, Пандемониум и прочие лавочки и перебраться сюда; мы не в силах сделать ничего, что бы люди сами себе ни причинили, зато они творят много такого, до чего нам никогда не додуматься, причем нередко - с использованием электричества. Они обладают тем, чего нам так не хватает. У них есть воображение. Ну и электричество, разумеется."
Впрочем, не об этом ли написал один из них?.. "Ад пуст! Все дьяволы сюда слетелись!"

Кроули получил благодарность за испанскую инквизицию. Он и правда жил тогда в Испании, проводя время главным образом в тавернах, и понятия не имел ни о какой инквизиции, пока не получил поздравление с удачно выполненной работой. Тогда он отправился выяснить, за что же его хвалят, и, вернувшись, пил целую неделю.

Но стоит вам решить, что люди порочнее всех обитателей Ада, как они вдруг проявляют такое милосердие, что и Небесам не снилось. Причем зачастую речь идет об одном и том же существе. Конечно, во всем виновата так называемая свобода человеческой воли. Фигня редкая.
Однажды (где-то около 1020 года, когда они заключили небольшое Соглашение) Азирафаэль попытался объяснить ему, в чем загвоздка.
— Вся суть, — говорил он, — в том, что человек может быть плохим или хорошим по собственному выбору. В то время как ангелам и демонам раз и навсегда предначертан определенный путь. Люди не смогли бы стать поистине святыми, сказал он, не будь у них возможности стать совершенными чудовищами.
Какое-то время Кроули размышлял над его словами, а потом, около 1023 года, спросил:
— Погоди, но ведь это все работает, только если изначально создать равные условия, так? Нельзя рассчитывать, что нищий из грязной лачуги в районе военных действий будет вести себя так же, как тот, кто родился во дворце.
— А! — воскликнул Азирафаэль. — В том-то и фокус. Чем ниже ты начинаешь, тем больше возможностей перед тобой открыто.
— Но это же нелепо, — сказал Кроули.
— Нет, — возразил Азирафаэль. — Всего лишь непостижимо.
Tags: Литература, Моё не-моё, Подумать о жизни
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 33 comments